Залужный: Программная статья в тезисах

Формально текст приурочен к 35-летию независимости Украины. Фактически это значительно более амбициозный документ: попытка сформулировать модель украинского государства после опыта большой войны и одновременно объяснить, какие ошибки, по мнению автора, привели страну к нынешнему положению.

Текст примечателен еще и тем, что Залужный практически не занимается привычным для военного автора обсуждением отдельных операций, вооружений или положения на конкретных участках фронта. Его предмет — государство как система: армия, экономика, образование, технологии, общественная устойчивость, историческая память и способность страны самостоятельно обеспечивать собственное существование.

Поэтому колонку можно читать не только как юбилейное эссе. По своему содержанию она действительно напоминает программную политическую статью — пусть сам автор нигде не объявляет ее предвыборной программой и не заявляет о намерении участвовать в выборах.

Тезис 1. Главный предмет статьи Залужного — уже не столько вопрос о том, как выиграть отдельную военную кампанию, сколько вопрос о том, каким государством Украина должна стать, чтобы вообще иметь долгосрочное будущее.

Пять лет в пустыне

Центральная метафора текста — библейский исход. Украина существует как независимое государство 35 лет, а путь израильского народа через пустыню традиционно измеряется сорока годами. Отсюда Залужный выводит символический горизонт: стране остается еще пять решающих лет, чтобы окончательно превратить формальную независимость в устойчивое состояние государства.

Разумеется, это не прогноз и не календарный расчет. Речь идет о политической метафоре. Причем довольно удачной: главным противником в пустыне оказывается не только внешний враг. Залужный перечисляет другие угрозы — усталость, ложь, разочарование, потерю надежды, внутренние конфликты.

В такой конструкции война становится лишь частью более продолжительного исторического процесса. Можно выиграть сражение и одновременно проиграть десятилетие, если государство после этого вернется к прежней модели существования.

Тезис 2. Победа в логике Залужного — это не событие и не дата. Это состояние государства, при котором его независимость становится практически необратимой.

Главная ошибка 1991 года

Наиболее политически чувствительная часть статьи посвящена первым десятилетиям украинской независимости. Здесь Залужный отказывается от комфортной версии, согласно которой Украина последовательно строила государство, пока Россия якобы не нарушила нормальный ход ее развития.

Его диагноз значительно жестче.

После 1991 года, считает он, вместо полноценного национального государства возникла кланово-олигархическая республика. Государственные механизмы обслуживали интересы отдельных групп, общественное доверие разрушалось, а возможности, предоставленные независимостью, постепенно растрачивались.

В этой точке военный анализ превращается в политический. Причины катастрофы Залужный ищет не только во внешней агрессии, но и во внутренней архитектуре государства.

Это существенный поворот. Если проблема исключительно внешняя, достаточно победить внешнего противника. Если же проблема еще и институциональная, то даже окончание войны не решает ее автоматически.

Тезис 3. Залужный фактически предлагает считать войну не первопричиной украинского кризиса, а жестокой проверкой государства, выявившей накопленные за десятилетия структурные слабости.

Разоружение как стратегическая ошибка

Вторая фундаментальная претензия касается безопасности. После получения независимости Украина располагала огромным военным наследством СССР, однако постепенно сокращала вооруженные силы и вооружения, исходя из представления о формировании относительно безопасной европейской среды.

Залужный рассматривает этот период как стратегическую ошибку. Его принцип предельно прост: никакие договоры и международные конструкции сами по себе не способны заменить собственную способность государства защищаться.

Это не означает полного отрицания союзов. Напротив, международные объединения остаются важными. Но их ценность становится производной от внутренней силы участника: армии, экономики, технологий и способности общества продолжать сопротивление.

Здесь просматривается одна из центральных идей складывающейся системы взглядов Залужного: безопасность нельзя передать на аутсорсинг.

Тезис 4. Союзы усиливают государство, но не заменяют его: фундаментом безопасности должна оставаться собственная военная, экономическая и технологическая способность к сопротивлению.

2014 год как первое предупреждение

Особое место занимает 2014 год. В интерпретации Залужного это не просто начало нового этапа российско-украинского конфликта. Это момент, когда Украина получила возможность переосмыслить само устройство государства.

Одновременно проявилось явление, которое впоследствии станет одним из главных украинских ресурсов, — способность общества к самоорганизации. Когда институты не успевали реагировать, часть функций брали на себя граждане, добровольцы и новые общественные структуры.

Но Залужный видит здесь и другой урок: исторические возможности ограничены во времени. Нерешенные проблемы не исчезают. Они накапливаются до тех пор, пока цена решения не становится намного выше.

Именно через эту оптику он рассматривает последующие дипломатические попытки урегулирования конфликта.

Тезис 5. Один из главных законов истории в трактовке Залужного состоит в том, что отложенное стратегическое решение обычно возвращается позже — но уже по значительно более высокой цене.

Мир не гарантируется переговорами

Особенно интересен взгляд Залужного на возможные переговоры. Он не исключает прекращения огня и признает, что оно может оказаться единственным практически доступным выходом из определенной ситуации. Но одновременно предупреждает о другом риске.

Главная ловушка — не сами переговоры. Главная ловушка — войти в них с ослабленной, деморализованной и политизированной армией.

Отсюда следует довольно реалистическая модель международных отношений. Дипломатический документ имеет силу не только благодаря подписям под ним, но и благодаря материальному потенциалу сторон.

Мир поэтому понимается не как противоположность вооруженной силе, а как одно из возможных следствий правильно организованной силы сдерживания.

Тезис 6. Долговременный мир, по логике Залужного, должен опираться не на исчезновение армии после войны, а на превращение армии в постоянный инструмент стратегического сдерживания.

Война изменилась — значит, должно измениться государство

Наиболее содержательная часть концепции Залужного появляется там, где он соединяет государственную политику с технологической революцией.

После 2022 года стало окончательно очевидно, что современная война — это уже не просто соревнование количества танков, артиллерии и личного состава. На поле боя появились массовые беспилотные системы, алгоритмическая обработка информации, искусственный интеллект, роботизированные платформы, автономное управление, спутниковые системы связи и цифровые сети управления.

Следствием стала так называемая прозрачность поля боя: концентрацию сил значительно сложнее скрывать, разведывательно-ударный цикл сокращается, а относительно дешевые средства поражения способны уничтожать дорогостоящую технику.

Эти взгляды продолжают предыдущие работы Залужного. Еще в 2023 году он говорил о технологическом тупике позиционной войны, а в 2026 году уже описывал беспилотизацию и роботизацию как элементы новой модели вооруженного противоборства.

Тезис 7. Война XXI века превращается из соревнования отдельных типов вооружений в соревнование технологических экосистем — сенсоров, алгоритмов, связи, производства, робототехники и человеческого капитала.

Армия начинается с физика и математика

Отсюда появляется, пожалуй, самая интересная идея всей статьи.

Безопасность — это не только Министерство обороны и вооруженные силы.

Безопасность начинается значительно раньше: со школы, университета, инженерной лаборатории, производства электроники, фундаментальной науки. Залужный прямо включает подготовку физиков, инженеров и математиков в систему национальной безопасности.

Это принципиально расширяет понятие оборонной политики.

Если главным оружием следующей войны становятся автономные системы, компьютерное зрение, машинное обучение, сенсорные сети и дешевые роботизированные комплексы, то университетская кафедра математики потенциально оказывается частью оборонной инфраструктуры не меньше, чем артиллерийский завод.

В таком государстве расходы на образование и НИОКР перестают быть исключительно социальной или экономической статьей бюджета. Они становятся инвестициями в выживание.

Тезис 8. Главным оборонным ресурсом будущего становится не только запас вооружений, но и способность общества непрерывно производить знания, инженеров, технологии и новые производственные решения.

Превратить войну в экономику

Здесь концепция приобретает экономическое измерение.

Украина накопила огромный практический опыт применения беспилотников, радиоэлектронной борьбы, цифрового управления войсками и быстрого создания военных технологий. Но наличие опыта само по себе еще не создает экономического преимущества.

Задача — конвертировать военные инновации в промышленность.

Это один из важнейших переходов во всей логике Залужного: технологии должны перестать существовать исключительно как экстренные решения фронта и превратиться в устойчивые отрасли экономики.

Таким образом возникает потенциальная украинская специализация: оборонная робототехника, программное обеспечение, автономные системы, беспилотные комплексы, средства связи, разведки и радиоэлектронной борьбы.

Тезис 9. Опыт войны должен быть капитализирован: технология, созданная ради выживания на фронте, после масштабирования способна превратиться в промышленную отрасль и источник экономической конкурентоспособности.

Государство постоянной готовности

Из всех этих рассуждений постепенно складывается довольно необычная модель.

Залужный фактически предлагает отказаться от представления, согласно которому существует четкое чередование двух состояний: сначала война, затем мир.

Современная международная система, по его оценке, становится значительно менее стабильной. Поэтому государству требуется постоянная готовность к кризису, причем не только военная.

Армия должна иметь резерв. Экономика — способность быстро перестраивать производство. Наука — поддерживать технологическую конкурентоспособность. Общество — сохранять способность к мобилизации. Государственное управление — работать даже при разрушении части инфраструктуры.

В майской статье о «разумной мобилизации» Залужный развивал именно эту идею: ключевым становится поддержание боеспособности государства как комплексной системы с учетом демографических и экономических ограничений.

Тезис 10. Государство будущего должно готовиться не столько к конкретной войне, сколько к способности долго функционировать в условиях постоянной стратегической неопределенности.

Победа в войне на истощение выглядит иначе

Еще один элемент этой картины Залужный подробно сформулировал летом 2026 года. Современная российско-украинская война, по его мнению, остается войной на истощение, а оценивать ее исключительно количеством занятых или освобожденных квадратных километров недостаточно.

В такой войне решающими становятся устойчивость населения, способность экономики восполнять ресурсы, скорость технологической адаптации и продолжительность внешней поддержки.

Это меняет саму единицу измерения успеха.

Тактическая победа может оказаться стратегически незначительной, если противник способен быстро восполнить потери. И наоборот, относительно стабильная линия фронта может скрывать серьезное изменение соотношения сил, если одна из сторон быстрее истощает экономический, демографический или технологический ресурс другой.

Тезис 11. В войне на истощение главным ресурсом становится время: выигрывает не обязательно тот, кто быстрее продвигается, а тот, чья государственная система способна дольше воспроизводить необходимые для борьбы ресурсы.

Самый политический тезис Залужного

Если убрать из статьи библейские метафоры, исторические экскурсы и военную терминологию, остается довольно компактная формула.

Украине предлагается поставить безопасность в центр государственной стратегии.

Не оборонный бюджет как отдельную строку. Не армию как отдельный институт. Именно безопасность как принцип, относительно которого должны оцениваться промышленность, энергетика, образование, демография, технологии, инфраструктура и внешняя политика.

Отсюда возникает и довольно жесткое отношение к будущему восстановлению страны. Экономический рост, который снова сделает государство уязвимым, в этой системе координат не может считаться полноценным развитием.

Это, возможно, самая существенная политическая часть статьи, потому что она предполагает перераспределение приоритетов государства на десятилетия вперед.

Тезис 12. Формула Залужного — не «сначала закончить войну, потом развиваться», а «построить развитие таким образом, чтобы новая война больше не могла поставить под вопрос само существование государства».

Это уже политическая программа?

Называть статью официальной программой Залужного было бы некорректно. В тексте нет заявления об участии в выборах, партийной платформы, налоговой политики, социальной программы или подробной модели государственного управления.

Но признаки политического манифеста действительно присутствуют.

Есть диагноз прошлого: олигархизация государства, стратегическая недооценка безопасности, разоружение и потерянные возможности.

Есть образ настоящего: продолжительная война на истощение, общественная усталость, технологическая революция и кризис прежних механизмов международной безопасности.

Есть образ будущего: сильное государство с технологичной армией, мощной наукой, инженерной школой, оборонной промышленностью и обществом, способным к длительному сопротивлению.

Наконец, есть критерий успешности: к сорокалетию независимости Украина должна превратить накопленный военный опыт в такую государственную систему, при которой независимость становится необратимой.

Именно поэтому текст выходит далеко за рамки рассуждений бывшего военного о войне.

Что в программе пока отсутствует

У концепции есть очевидное ограничение: Залужный гораздо подробнее отвечает на вопрос «каким должно быть государство?», чем на вопрос «как именно его построить?».

Например, провозгласить технологическое превосходство значительно проще, чем определить механизмы финансирования фундаментальной науки. Превратить военные разработки в экспортную промышленность невозможно без инвестиционного капитала, защиты собственности, понятного регулирования и доступа к международным рынкам.

Еще сложнее демографическая проблема. Война на истощение требует человеческого ресурса, но длительная мобилизация одновременно сокращает возможности экономики и усиливает общественную усталость. Сам Залужный признает связь мобилизационной политики с демографическим и экономическим кризисом.

Не менее сложен вопрос отношений армии и политики. Требование не допустить политизации вооруженных сил выглядит логично, но государство с чрезвычайно высоким значением военного фактора одновременно должно сохранить эффективный гражданский контроль над армией.

Именно здесь заканчивается стратегическое эссе и начинается область реальной государственной политики.

От государства благополучия к государству устойчивости

Если попытаться определить идеологическое ядро предложенной модели одним термином, им будет устойчивость.

Государство должно выдерживать войну.

Экономика — шоки.

Энергетика — разрушение инфраструктуры.

Армия — продолжительное противостояние.

Наука — технологическую гонку.

Общество — мобилизационное напряжение.

Политическая система — внутренние разногласия.

Это существенно отличается от привычной европейской модели последних десятилетий, где эффективность государства зачастую измерялась ростом благосостояния, качеством социальных услуг и снижением рисков для граждан.

Залужный фактически добавляет еще один фундаментальный показатель — способность страны пережить большой кризис и сохранить субъектность.

Почему статья важнее одной политической фамилии

Поэтому значение текста не обязательно связано с тем, станет ли Валерий Залужный когда-либо кандидатом на президентских выборах.

Гораздо интереснее другое.

Перед нами один из вариантов ответа на вопрос, который после нескольких лет большой войны неизбежно возникает перед Украиной: какой должна быть страна после всего произошедшего?

Вернуться к состоянию февраля 2022 года невозможно. Война изменила демографию, экономику, общество, технологии, вооруженные силы и отношение к безопасности.

Залужный предлагает не восстанавливать прежнюю Украину, а использовать катастрофический опыт как материал для создания другой модели государства.

В этом смысле его программная статья — текст не столько о победе над Россией, сколько о попытке сделать так, чтобы следующий крупный кризис уже не ставил вопрос о существовании Украины.

Именно здесь находится главная формула всей концепции: опыт превратить в доктрину, технологии — в экономику, армию — в сдерживание, независимость — в необратимость. Это почти готовое описание государства, которое Залужный предлагает построить после «выхода из пустыни».