Мировая экономика до 2035 года

Период до 2035 года, вероятнее всего, станет не эпохой непрерывного мирового кризиса и не новым «золотым веком» глобализации, а временем глубокой экономической перестройки.

Темпы роста мировой экономики будут сравнительно невысокими, однако внутри этой умеренной динамики произойдут крупные изменения. Искусственный интеллект начнет влиять на производительность труда, энергетика превратится в важнейший фактор технологического развития, Индия и страны Юго-Восточной Азии увеличат свой вес, Китай перейдет к более медленной модели роста, а развитые государства столкнутся со старением населения, долговой нагрузкой и дефицитом работников.

Главное противоречие следующего десятилетия будет заключаться в том, что технологические возможности станут расширяться чрезвычайно быстро, тогда как демографические, долговые и геополитические ограничения будут сдерживать их экономический эффект.

В результате мировая экономика к 2035 году, скорее всего, станет:

• более цифровой;
• более капиталоемкой;
• более энергоемкой;
• более автоматизированной;
• менее однородной;
• более зависимой от государственной промышленной политики;
• более разделенной на региональные производственные и технологические блоки.

Исходная точка прогноза

В середине 2026 года международные организации оценивают краткосрочные перспективы мировой экономики достаточно осторожно.

Всемирный банк прогнозирует замедление мирового роста до 2,5% в 2026 году после 2,9% в 2025 году и последующее восстановление примерно до 2,8% в 2027 году. Это заметно ниже средних показателей 2010-х годов. (Всемирный банк)

Оценки ОЭСР несколько отличаются в зависимости от сценария развития энергетического и геополитического кризиса. Базовые оценки предполагают мировой рост около 2,8–2,9% в 2026 году и приблизительно 3,0–3,1% в 2027 году. При длительных перебоях в поставках энергии рост может замедлиться до 2,1% в 2026 году и до 1,8% в 2027 году. (OECD)

Разница между этими оценками показывает не столько слабость прогнозирования, сколько повышенную чувствительность мировой экономики к ценам на энергию, торговым ограничениям, войнам и финансовым условиям.

Базовый прогноз до 2035 года

В основном сценарии мировая экономика избежит длительной глобальной рецессии, но будет расти медленнее, чем в период активной глобализации 1990-х и 2000-х годов.

Средний реальный рост мирового ВВП в 2027–2035 годах можно оценить приблизительно в диапазоне 2,7–3,1% в год.

Это означает, что при отсутствии крупной мировой войны, глобального финансового кризиса или технологического обвала объем мировой экономики в реальном выражении к 2035 году может быть примерно на 27–32% больше, чем в 2026 году.

Однако этот рост будет крайне неравномерным.

Развивающиеся страны Азии и часть государств Африки будут расти быстрее среднемирового уровня. Европа, Япония и некоторые другие зрелые экономики останутся в зоне слабого роста. США, вероятно, сохранят более высокую динамику, чем большинство других развитых стран, благодаря сильному технологическому сектору, емкому внутреннему рынку и способности привлекать капитал и квалифицированную миграцию.

Три возможных сценария

Базовый сценарий: управляемая фрагментация

Вероятность такого сценария можно условно оценить как наиболее высокую. Средний рост мировой экономики составит около 2,7–3,1% в год. Торговые конфликты сохранятся, но не разрушат международную торговлю. Искусственный интеллект повысит производительность в отдельных секторах, однако его эффект будет проявляться постепенно.

Инфляция в развитых странах стабилизируется вблизи 2–3%, но периодически будет подниматься из-за энергетических, продовольственных и логистических потрясений.

Процентные ставки окажутся ниже пиков середины 2020-х годов, но в среднем останутся выше, чем в эпоху практически бесплатных денег 2010-х годов.

Мир разделится на несколько пересекающихся экономических блоков, однако полного распада глобального рынка не произойдет.

Оптимистичный сценарий: технологическое ускорение

В этом варианте искусственный интеллект, роботизация, биотехнологии и энергетические инновации создадут заметный рост производительности. Средний мировой рост может приблизиться к 3,3–3,7% в год. К 2035 году реальный объем мировой экономики окажется примерно на 35–40% выше уровня 2026 года.

Для реализации такого сценария необходимы:

• быстрое распространение ИИ за пределы технологических корпораций;
• значительное повышение производительности в промышленности и сфере услуг;
• отсутствие крупных военных конфликтов;
• стабилизация энергетических рынков;
• инвестиции в электросети и генерацию;
• сохранение международной торговли критически важными технологиями;
• масштабная переподготовка работников.

МВФ отмечает, что широкое распространение ИИ способно поддержать производительность и глобальный рост, однако результат будет зависеть от доступности технологии и способности компаний перестроить бизнес-процессы. (IMF)

Стрессовый сценарий: мир затяжной стагфляции

При ухудшении геополитической ситуации средний рост может снизиться до 1,5–2,2% в год.

Такой сценарий возможен при сочетании нескольких событий:

• длительного энергетического кризиса;
• крупной торговой войны;
• кризиса государственного долга;
• военного конфликта между крупными державами;
• разрушения морских логистических маршрутов;
• повторных инфляционных волн;
• резкого падения стоимости технологических активов;
• климатических и продовольственных потрясений.

В таком случае мировая экономика будет переживать чередование слабого роста, высокой инфляции и финансовой нестабильности. Уровень жизни продолжит повышаться, но значительно медленнее, а различия между странами усилятся.

США: сохранение технологического лидерства

До 2035 года Соединенные Штаты, вероятнее всего, останутся крупнейшим мировым центром капитала, программного обеспечения, искусственного интеллекта, облачных вычислений и проектирования полупроводников.

Основные преимущества США:

• крупнейший рынок венчурного капитала;
• ведущие технологические корпорации;
• глубокий финансовый рынок;
• статус доллара как главной резервной валюты;
• сильные университеты;
• способность привлекать специалистов;
• значительные энергетические ресурсы.

Главным драйвером станет инвестиционный цикл, связанный с ИИ. Уже в 2025 году американские вложения в информационное оборудование и программное обеспечение демонстрировали двузначный рост, а связанные с ИИ отрасли заметно опережали традиционные сектора. (IMF)

При этом США столкнутся с серьезными ограничениями:

• высоким государственным долгом;
• ростом стоимости его обслуживания;
• политической поляризацией;
• дефицитом инфраструктуры;
• риском переоценки технологических компаний;
• неравномерным распределением выгод от автоматизации.

Средний рост экономики США до 2035 года, вероятно, составит примерно 1,8–2,4% в год. В оптимистичном сценарии успешное распространение ИИ может удерживать его ближе к верхней границе.

Китай: замедление без утраты глобального значения

Китайская экономика продолжит расти, но значительно медленнее, чем в первые два десятилетия XXI века.

Основные причины замедления:

• сокращение численности населения трудоспособного возраста;
• старение населения;
• высокая долговая нагрузка регионов и компаний;
• проблемы рынка недвижимости;
• снижение эффективности капитальных вложений;
• торговые и технологические ограничения;
• переход от экспортно-инвестиционной модели к более сложной инновационной экономике.

Тем не менее было бы ошибкой считать Китай страной, обреченной на стагнацию.

К его сильным сторонам относятся:

• крупнейшая промышленная база мира;
• развитая инфраструктура;
• высокий уровень производственной кооперации;
• лидерство в аккумуляторах, солнечной энергетике, электромобилях и ряде сегментов электроники;
• большой внутренний рынок;
• способность государства концентрировать инвестиционные ресурсы.

До 2030 года рост Китая может оставаться в районе 3,5–4,5%, а в первой половине 2030-х годов постепенно снизиться до 2,5–3,5%.

К 2035 году Китай, вероятно, сохранит статус одной из двух крупнейших экономик и главного промышленного центра мира, однако эпоха регулярного роста на 7–10% останется в прошлом.

Индия: главный крупный центр ускоренного роста

Индия выглядит одним из наиболее вероятных экономических победителей периода до 2035 года.

Ее преимущества:

• молодое население;
• расширяющийся внутренний рынок;
• рост городов;
• развитие цифровой инфраструктуры;
• сильный сектор информационных услуг;
• перенос части производственных цепочек из Китая;
• растущий средний класс;
• значительный инвестиционный спрос.

Средние темпы роста Индии могут находиться в диапазоне 5,5–6,5% в год. К 2035 году страна значительно увеличит свою долю в мировой экономике, станет одним из крупнейших потребителей энергии и капитальных товаров и укрепит позиции в производстве электроники, фармацевтике, цифровых услугах и машиностроении.

Основными ограничениями останутся качество инфраструктуры, образование, занятость молодежи, неравенство, экологические проблемы и зависимость от импорта энергоносителей.

Европейский союз: богатство без высокой динамики

Европа, вероятнее всего, останется одним из наиболее богатых и технологически развитых регионов мира, но будет расти медленно. Средний рост может составить около 1,0–1,6% в год.

Главные ограничения:

• старение населения;
• слабый прирост рабочей силы;
• высокая стоимость энергии;
• регуляторная сложность;
• фрагментированный рынок капитала;
• отставание в крупнейших цифровых платформах;
• высокая нагрузка на социальные бюджеты.

ОЭСР отмечает, что потенциальный рост ВВП на душу населения в ее странах уже снизился примерно с 2,2% в конце 1990-х годов до около 1,4% в середине 2020-х годов. (OECD)

Сильными сторонами Европы останутся:

• промышленная автоматизация;
• машиностроение;
• фармацевтика;
• авиастроение;
• химическая промышленность;
• атомные и возобновляемые технологии;
• высококвалифицированные кадры;
• крупный платежеспособный рынок.

Ключевой вопрос заключается в том, сможет ли ЕС превратить научную и промышленную компетенцию в собственные масштабные цифровые компании.

Юго-Восточная Азия: новая производственная платформа

Вьетнам, Индонезия, Малайзия, Таиланд и Филиппины будут получать выгоду от диверсификации глобальных цепочек поставок.

Регион способен стать одним из главных центров:

• электроники;
• сборочного производства;
• аккумуляторов;
• переработки сырья;
• цифровых услуг;
• логистики;
• потребительского рынка.

Средние темпы роста крупнейших экономик региона могут составлять 4–5,5% в год.

Особенно важным фактором станет стратегия China+1: международные компании будут сохранять присутствие в Китае, но одновременно переносить часть мощностей в другие азиатские страны.

Африка: демографический потенциал и риск отставания

Африка будет самым быстрорастущим регионом мира по численности населения, однако демографический рост сам по себе не гарантирует экономического успеха.

ООН прогнозирует дальнейший рост мирового населения с 8,2 млрд человек в 2024 году примерно до 10,3 млрд в середине 2080-х годов, причем значительная часть будущего прироста придется на страны Африки. (ООН)

До 2035 года африканские страны могут получить преимущества за счет:

• молодой рабочей силы;
• урбанизации;
• цифровых финансовых сервисов;
• спроса на сырье;
• развития энергетики;
• переноса трудоемких производств.

Однако реализация потенциала потребует огромных инвестиций в образование, электроэнергетику, транспорт, водоснабжение и государственные институты.

Регион будет крайне неоднородным. Отдельные страны смогут расти на 5–7% в год, тогда как государства с войнами, долговыми кризисами и слабым управлением останутся в зоне бедности.

Страны Персидского залива: переход от нефти к капиталу и технологиям

Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар и другие государства региона продолжат использовать нефтегазовые доходы для развития:

• логистики;
• авиации;
• туризма;
• финансов;
• дата-центров;
• искусственного интеллекта;
• возобновляемой энергетики;
• нефтехимии;
• городской инфраструктуры.

Их главная задача — превратить временный поток сырьевых доходов в устойчивый капитал, инфраструктуру и человеческие компетенции. К 2035 году крупнейшие экономики Залива могут стать важными посредниками между Азией, Европой и Африкой, а также заметными инвесторами в технологии и энергетику.

Россия и другие сырьевые экономики

Для крупных экспортеров нефти, газа, металлов и продовольствия период до 2035 года будет противоречивым.

С одной стороны, мировой спрос на сырье сохранится. Энергетический переход потребует большого количества меди, алюминия, никеля, урана, лития и редкоземельных металлов. Нефть и газ также не исчезнут из мирового баланса в течение рассматриваемого периода.

С другой стороны, положение каждой страны будет зависеть от:

• доступа к технологиям;
• стоимости капитала;
• транспортной инфраструктуры;
• санкционных и торговых ограничений;
• способности перерабатывать сырье внутри страны;
• качества институтов;
• инвестиций в человеческий капитал.

Экономики, которые останутся только поставщиками необработанного сырья, рискуют уступить странам, создающим полные производственные цепочки.

Искусственный интеллект: главный фактор неопределенности

ИИ является самой важной переменной прогноза до 2035 года. Его влияние может реализоваться в трех направлениях.

1️⃣ Первое — автоматизация интеллектуального труда. ИИ возьмет на себя часть операций в программировании, бухгалтерии, маркетинге, юридическом анализе, проектировании, диагностике и обслуживании клиентов.

2️⃣ Второе — ускорение научных исследований. Алгоритмы будут использоваться при разработке лекарств, материалов, аккумуляторов, химических соединений и промышленных конструкций.

3️⃣ Третье — управление физическими системами. Связка ИИ, сенсоров и робототехники позволит автоматизировать склады, фабрики, транспорт, сельское хозяйство и энергетику.

Однако ИИ не приведет к мгновенному скачку ВВП. Между появлением универсальной технологии и ее массовым экономическим эффектом обычно проходит значительное время. Компаниям необходимо изменить процессы, построить инфраструктуру, обучить персонал и накопить организационный опыт.

Поэтому наибольший эффект, вероятно, станет заметен после 2028–2030 годов.

Рынок труда: исчезнут не профессии, а наборы операций

До 2035 года ИИ и роботизация изменят практически все профессии, но не обязательно вызовут массовую постоянную безработицу.

Наиболее уязвимыми будут стандартные операции:

• обработка документов;
• первичный анализ данных;
• подготовка типовых текстов;
• базовое программирование;
• поддержка клиентов;
• перевод;
• составление отчетов;
• визуальное распознавание;
• простые административные функции.

Одновременно вырастет спрос на:

• инженеров;
• энергетиков;
• специалистов по робототехнике;
• разработчиков ИИ;
• экспертов по кибербезопасности;
• медицинский персонал;
• техников;
• специалистов по эксплуатации инфраструктуры;
• работников ухода за пожилыми;
• преподавателей и наставников.

Главным риском станет не полное исчезновение работы, а разрыв между навыками работников и требованиями новой экономики.

Демография: стареющий мир

Демографическое старение станет одним из наиболее устойчивых трендов периода до 2035 года.

Практически все страны сталкиваются с увеличением числа и доли пожилых людей. ООН отмечает, что население стареет почти повсеместно, хотя скорость процесса сильно различается. (ООН)

Для развитых стран последствия будут включать:

• рост пенсионных расходов;
• увеличение затрат на медицину;
• дефицит работников;
• повышение пенсионного возраста;
• рост миграционной потребности;
• ускорение автоматизации.

В странах с молодым населением ключевой задачей станет создание достаточного количества рабочих мест. Без этого демографический дивиденд может превратиться в источник социальной нестабильности.

Энергетика: электричество становится новым ограничителем роста

До 2035 года мировая экономика будет быстрее электрифицироваться.

Рост спроса обеспечат:

• дата-центры;
• искусственный интеллект;
• электромобили;
• промышленная автоматизация;
• кондиционирование воздуха;
• тепловые насосы;
• производство водорода;
• расширение городов.

Главной проблемой станет не только строительство генерации, но и развитие сетей, подстанций, накопителей и систем управления.

Наиболее вероятная энергетическая модель 2035 года будет гибридной. В ней одновременно сохранятся:

• нефть;
• природный газ;
• уголь в отдельных странах;
• атомная энергетика;
• солнечная и ветровая генерация;
• гидроэнергетика;
• накопители.

Полный отказ от ископаемого топлива до 2035 года крайне маловероятен. Однако доля электроэнергии, низкоуглеродной генерации и аккумуляторных технологий заметно возрастет.

Нефть, газ и металлы

Спрос на нефть, вероятно, будет приближаться к плато, но точный момент его достижения остается неопределенным.

Электромобили и повышение энергоэффективности будут снижать транспортный спрос, тогда как авиация, нефтехимия, грузовой транспорт и развивающиеся страны продолжат его поддерживать.

Природный газ сохранит важную роль как топливо для электроэнергетики, промышленности и балансировки энергосистем.

Наиболее сильный структурный спрос ожидается на:

• медь;
• алюминий;
• уран;
• литий;
• никель;
• графит;
• редкоземельные металлы.

Электрификация мировой экономики требует огромного количества проводников, сетевого оборудования, аккумуляторов и электрических машин.

Инфляция и процентные ставки

Инфляция к 2030-м годам, скорее всего, будет ниже пиков начала 2020-х, но выше и нестабильнее, чем в спокойный период перед пандемией.

Основные проинфляционные факторы:

• регионализация производства;
• рост военных расходов;
• дефицит работников;
• энергетические инвестиции;
• климатические потери;
• торговые ограничения;
• высокие государственные расходы.

Дезинфляционные факторы:

• искусственный интеллект;
• автоматизация;
• электронная торговля;
• снижение стоимости отдельных технологий;
• более эффективная логистика;
• слабый демографический спрос в стареющих странах.

В развитых экономиках средняя инфляция может находиться около 2–3%, но отдельные периоды ее ускорения до 4–6% будут происходить чаще, чем в 2010-е годы.

Реальные и номинальные процентные ставки также останутся структурно выше. Это снизит доступность ипотеки, увеличит стоимость обслуживания долгов и заставит компании внимательнее оценивать инвестиционные проекты.

Государственный долг: главный финансовый риск 2030-х годов

Многие страны входят в следующий экономический цикл с высокой долговой нагрузкой.

Расходы государств одновременно растут по нескольким направлениям:

• оборона;
• здравоохранение;
• пенсии;
• энергетическая инфраструктура;
• климатическая адаптация;
• субсидирование промышленности;
• обслуживание долга.

При более высоких процентных ставках долговая устойчивость ухудшается.

До 2035 года вероятны:

• налоговые реформы;
• сокращение части социальных обязательств;
• повышение пенсионного возраста;
• финансовое давление на государства с долгами в иностранной валюте;
• реструктуризация долгов отдельных развивающихся стран;
• периоды напряженности на рынках государственных облигаций.

Наиболее опасным станет сочетание слабого роста, высокой ставки и политической неспособности ограничить бюджетный дефицит.

Доллар и мировая финансовая система

К 2035 году доллар, вероятнее всего, сохранит роль основной резервной и расчетной валюты.

Этому способствуют:

• масштаб американского финансового рынка;
• ликвидность казначейских облигаций;
• открытость движения капитала;
• влияние американских банков;
• отсутствие полноценной альтернативы.

Однако доля доллара в отдельных торговых расчетах может постепенно снижаться.

Будут развиваться:

• расчеты в национальных валютах;
• региональные платежные системы;
• цифровые валюты центральных банков;
• двусторонние финансовые механизмы;
• альтернативные системы передачи платежной информации.

Следовательно, к 2035 году финансовая система станет более многослойной, но не полностью постдолларовой.

Новая глобализация

Классическая глобализация не исчезнет, а изменит форму. Вместо единой системы, ориентированной на минимальную стоимость производства, возникнет сеть частично дублирующих друг друга цепочек.

Крупные компании будут выбирать поставщиков по нескольким критериям: • цена; • политическая надежность; • доступность логистики; • санкционные риски; • устойчивость энергоснабжения; • технологическая безопасность; • близость к рынку.

Производство станет дороже, но устойчивое. Полного разделения мира на два изолированных блока не произойдет, поскольку взаимная зависимость в сырье, технологиях, рынках и финансах остается слишком высокой. Скорее возникнет система выборочной взаимозависимости: сотрудничество сохранится в одних секторах и будет ограничено в других.

Отрасли-победители до 2035 года

Наиболее сильный долгосрочный спрос ожидается в следующих сегментах:

• искусственный интеллект;
• полупроводники;
• дата-центры;
• облачные вычисления;
• кибербезопасность;
• робототехника;
• автоматизация промышленности;
• электрические сети;
• атомная энергетика;
• системы накопления энергии;
• добыча и переработка критических металлов;
• медицинские технологии;
• биотехнологии;
• оборонная промышленность;
• спутниковые системы;
• логистические платформы;
• программное обеспечение для промышленности;
• водная инфраструктура;
• системы климатической адаптации.

Особенно перспективными станут направления, расположенные на пересечении нескольких трендов. Например, дата-центры объединяют спрос на микросхемы, электроэнергию, охлаждение, сети, строительство и программное обеспечение.

Отрасли под давлением

Наиболее серьезной трансформации подвергнутся:

• традиционная розничная торговля;
• простые офисные услуги;
• колл-центры;
• массовый бухгалтерский аутсорсинг;
• стандартное производство медиаконтента;
• часть банковского бэк-офиса;
• низкоквалифицированная сборка;
• производство автомобилей с двигателями внутреннего сгорания;
• угольная энергетика в развитых странах;
• недвижимость в регионах с сокращающимся населением.

Эти отрасли не обязательно исчезнут, но их рентабельность, занятость и структура рынка будут меняться.

Как будет выглядеть мировая экономика в 2035 году

К середине 2030-х годов мир, вероятнее всего, будет иметь следующие характеристики:

• США сохранят лидерство в финансах и цифровых технологиях;
• Китай останется крупнейшим промышленным центром;
• Индия станет одним из трех главных двигателей мирового роста;
• Юго-Восточная Азия укрепится как производственный и логистический регион;
• Европа сохранит высокий уровень жизни, но будет расти медленно;
• Африка значительно увеличит демографический и потребительский вес;
• страны Персидского залива усилят роль глобальных инвесторов;
• искусственный интеллект станет стандартным элементом большинства профессий;
• электроэнергия и вычислительные мощности превратятся в стратегические ресурсы;
• государства будут активнее вмешиваться в промышленность;
• международная торговля сохранится, но станет более политизированной;
• мир будет состоять из нескольких частично пересекающихся экономических блоков.

Главный вывод

Базовый прогноз до 2035 года предполагает не глобальный экономический крах, а сравнительно медленный рост на фоне чрезвычайно быстрой технологической и геополитической перестройки.

Мировой ВВП продолжит увеличиваться, но его география изменится. Доля Азии и стран с молодым населением возрастет, тогда как зрелые экономики будут сильнее зависеть от роста производительности, миграции и автоматизации.

Главным источником экономического ускорения станет искусственный интеллект. Главными ограничителями — старение населения, государственный долг, энергетические риски, нехватка инфраструктуры и геополитическая фрагментация.

К 2035 году преимущество получат не обязательно страны с самой дешевой рабочей силой или крупнейшими запасами сырья. Победителями станут государства, способные одновременно обеспечить:

• дешевую и надежную энергию;
• доступ к вычислительным мощностям;
• развитую промышленность;
• квалифицированные кадры;
• доступный капитал;
• устойчивую логистику;
• эффективное государственное управление;
• способность быстро внедрять новые технологии.

Следующее десятилетие будет не столько соревнованием экономических размеров, сколько конкуренцией национальных систем за способность превращать технологии, энергию, капитал и человеческие навыки в рост производительности.